РАЗРАБОТКИ

Другие модули


Семантическая структура слова «идиот» в романе Ф.М.Достоевского «Идиот»

Семантическая структура слова «идиот» в романе Ф.М.Достоевского «Идиот» Содержание:

I Введение 

II Основная часть 

Глаза I .Теоретические вопросы исследования
1)лексического значения слова
2) Сущность термина «ключевое слово», его признаки

Глава II.Формирование семантической структуры слова «идиот» в романе Ф.М.Достоевского «Идиот»

Вывод 

III Заключение 

IV Список использованной литературы

I Введение

Из всех направлений нынешнего философствования особую актуальность приобрели семантика и герменевтика. Исходный пункт той и другой - языковая форма выражения нашего мышления. В той мере, в какой обе они имеют дело с языковым феноменом, предлагаемая ими перспектива видения поистине универсальна. Разве есть в языковой реальности нечто, что не было бы знаком и не являлось, бы моментом процесса понимания. 

Семантика описывает данную нам языковую действительность как бы наблюдая ее извне. Герменевтика же сосредотачивается на внутренней стороне обращения с этим мирон знаков. 

Как семантика так и герменевтика, каждая по своему тематизирует всю совокупность человеческих отношений между собой, к себе и к миру, как они выражены в языке» 

Соприкосновение таких понятий как семантика и герменевтика позволяет глубже войти в суть языковых явлений, раскрыть смысл ключевого слова, проникая и анализируя значения его элементов. Благодаря такому взаимодействию, мы можем постигнуть идеи, описанные в данном романе, и даже идеи всего творчества писателя. В связи с этим и возникает проблема исследования ключевого слова "идиот" в романе Ф.М.Достоевского "Идиот." 

Целью данной работы можно считать структурно - семантическое описание ключевых слов для проникновения и сущность, понимание текста художественного произведения. В ходе достижения данной цели возникли следующие задачи:
  1. дать толкование лексического значения ключевых слов; 
  2. выявить контекстуальные обертоны смысла путем глубинного анализа текста произведения; 
  3. показать обусловленность выделения ключевых слов мировоззрением писателя, эстетическими задачами, поставленными в данном произведении. 
Лексикографический аспект обусловил привлечение метода анализа словарных дефиниций который выполнен на базе «Толкового словаря русского языка» под ред. Д.Н.Ушакова, «Толкового словаря живого великорусского языка» под ред. В. И. Даля, «Малого академического словаря русского языка». В работе использованы описательный метод и метод семного и контекстуального анализа.

II Основная часть.

Глаза I .Теоретические вопросы исследования

1) лексического значения слова.

По определению Д.Н.Шмелева, лексическое значение слова - это «отображение в сознании предмета или явления действительности, отстоявшееся как понятие, достаточно устойчивое и отграниченное от других понятий, благодаря закрепленности за конкретным внешним знаком, т.е. определенным звуковым комплексом» 

Дополняет данное определение Л. М .Васильев. Для ученого лексическое значение слова – «это общее (инвариантное) значение всех словоформ данной лексемы, отвлеченное от их грамматических значений (если лексема однозначна) или одно из инвариантных значений лексемы(если она многозначна).Таким образом, одна и та же лексема (в сочетании о другими знаковыми средствами языка) может выражать несколько лексических значений (полисемия)». «Основу языка, похоже, образует способность слов, вопреки определенности своих значений, быть неоднозначными, т.е. способностью любого слова располагать гибким веером значений» 

Опираясь на данные определения, лексическое значение слова рассматриваем как внутреннее содержание слова, соотнесенное с действительностью, оформленное по законам грамматики данного языка и являющееся элементом его лексико-семантической системы. Лексическое значение слова не прямо и непосредственно отражает предметы в языковой действительности, а через обобщение существенных свойств и признаков этого предмета, т.е. через понятые. Понятие всегда входит в лексическое значение слова. Одно и то же понятие может быть выражена разными словами (создавать - делать , возле -около) или одно и то же слово, случае его многозначности может выражать разные понятия. 

Понятие - это категория мышления, логики. Связь с понятием обуславливает обобщенность лексического значения слова, делает слово орудием человеческого мышления. Д.Н.Шмелев разграничивает понятие и лексическое значение слова. Ученый считает что «понятие относится к сфере мышления, значение - в сфере языка. Этим определяется и их различие и их взаимообусловленность. Понятие не может формироваться в отрыве от значения того слова, которое оно выражает. 

Слово не содержит в себе самом полноту своего смыслового содержания. Предположим слово «здесь». Это «здесь» не будет понято в силу одного лишь факта его произнесения или записи, для понимания необходимо знать, где это «здесь» имело или имеет место. Чтобы «здесь» получило значение, оно должно быть дополнено конкретным случаем.
 
Ведущая роль в процессе формирования лексического значения олова принадлежит внелингвистическим факторам, но без семантического взаимодействия с другими словами внутри самого языка слово как единица лексической системы немыслимо.
Экспрессивно-оценочная лексика - это слова, отражающие "эмоционально выраженную прагматику языка, т.е. отношение говорящего к действительности, к содержанию или адресату сообщения. Экспрессивно-оценочная лексика служит для того, чтобы выражать различные чувства говорящего и вызывать соответствующие чувства у слушающего. 

Значение представляет собой систему микрокомпонентов, образующих структуру - семему. И.А. Стернин, определяя прямое номинативное значение, выделяет в нем следующие семантические признаки: «основные и неосновные, более и менее существенные, постоянные и вероятностные, эксплицитные, и скрытые, интегральные и дифференциальные, более и менее яркие, образующие структуру значения. 

Л.М.Васильев выделяет следующие макро- и микрокомпоненты семем:
  1. лексические, словообразовательные и грамматические; 
  2. эксплицитные и имплицитные; 
  3. парадигматические и синтагматические; 
  4. доминирующие и зависимые; 
  5. ядерные и периферийные; 
  6. идентифицирующие и дифференцирующие; 
  7. категориальные и идессинкретические; 
  8. обязательные и факультативные 
Попытки разграничить лексические и грамматические значения на основании структурного принципа привели к «необходимости разделения, во-первых, явной (эксплицитной) и скрытой (имплицитной) грамматики, а во-вторых, центральных и периферийных значение. Лексические значения слова обычно считаются центральными компонентами, а, грамматические - периферийными. Эксплицитными (ярко выраженными) называют такие компоненты, которые имеют явное словообразовательное (морфемное) и формообразовательное (морфологическое) иди синтаксическое (лексико-семантическое) выражение: учить - учитель - учительство. Таким образом, эксплицитными являются все словообразовательные и грамматические значения.
Имплицитные (скрытые) компоненты значения не имеют самостоятельного явного выражения в формальной лексико-грамматической структуре языка. Таким образом, имплицитные компоненты значения выявляются лишь в лексико-семантических парадигмах и синтагмах. 

Семное варьирование происходит посредством семантических процессов актуализации сем (как ядерных, так и периферийных), усиления яркости сем, ослабление яркости сем, наведение сем (окказиональные семы), расщепление сем.

Выводы
  1. Значение представляет собой систему микрокомпонентов - сем, образующих структуру - семему. 
  2. В структуре значения выделяются следующие макрокомпоненты: денотативный и коннотативный. 
  3. Значение включает ядерные и периферийные семантические компоненты, эксплицитные и имплицитные парадигматические и синтагматические. 
  4. Ядро значения образует постоянные, существенные, яркие семантические компоненты. 
  5. Периферийные семы дополняют ядро и в значительной степени обуславливают семантическое развитие слова и его коммуникативное развитие. 
  6. Периферийные семы могут быть коннотативным, т.е. передавать оценочную, эмоциональную, экспрессивную информацию. 
2) Сущность термина «ключевое слово», его признаки.

«Уникальное свойство языка состоит в том, что любое слово в нем порождает другое, каждое слово в языке, так сказать, пробуждается другим, вызывая к жизни новые слова и открывая путь речевому потоку» /Гадамер,1991,с.59/.
Смысл литературно-художественного произведения представляет собой известное отношение между прямым значением слова и самим содержанием, его темой. 

Разные поэтические значения слов в отношении к прямым значениям могут представлять собой различные противопоставления общего и частного, абстрактного и конкретного, целого и части. Г.О Винакур отмечает один из признаков ключевых слов - исключение подобных слов ведет к разрушению идеи художественного произведения. Л.Г. Барлас выделяет два типа художественного значения слов. «Первый - находящийся в узком контексте, - это разного рода тропы. Второй тип художественных значении слов является более глубинным. Он проявляется в более широком контексте, иногда в контексте целого художественного произведения и даже всего творчества писателя, Это значение сосуществует с общеязыковым значением, заостряя, дополняя или вытесняя его. 

Итак, ключевые слова обладают двумя типами значений: номинативным (общеязыковым) и значением, которое они приобретают в контексте художественного произведения; значение ключевых слов проявляется не только в контексте одного художественного произведения, но и в контексте всего творчества писателя; ключевые слова могут служить характеристиками героев. 

К ключевым словам также относим лексические единицы, играющие существенную роль в раскрытии содержания произведения, способствующие передаче мировоззрения и мироощущения писателя. Ключевые слова, связанные с другими словами текста воплощают в себе основную идею, атмосферу произведения, становятся основным элементом в композиционном построении, помогая писателю увеличить смысловую емкость текста. 

В определении сущности термина ключевое слово нам поможет дефиниция, данная в MAC: I. Прилаг. ключ; 2. Открывающий возможность овладения чем-л.; захвата чего-л.; З. перен. Наиболее значительный в каком-л. отношении. 

Итак, ключевое слово - это ключ, с помощью которого открываются тайны художественного произведения. Ключевое слово является наиболее важным в контексте, несет в себе основную авторскую мысль, идею. Ключевые слова имеют богатую семантическую структуру, т.е. в художественном произведении приобретают несколько рядов значений, характеризующих, во-первых, разные оттенки состояния героя, во-вторых, разных героев, в-третьих, важнейшие события или идеи автора. Ключевые слова имеют «сильную» позицию в тексте: выносятся в заглавие всего произведения или его части. Признаком ключевого слова является его повторяемость, при повторении значение трансформируется.

Глава 2. Формирование семантической структуры слова «идиот» в романе Ф.М.Достоевского «Идиот»

Слово является ключевым в тексте романа, т.к. оно в заглавие, во-вторых, является словом-образом, словом характеристикой главного героя романа князя Мышкина. MAC, словарь Ушакова, словарь Даля в общем дают одну и ту же дефиницию при толковании слова идиот: 

Идиот – 1.человек, страдающий идиотией, слабоумием; 2.прост., бран. дурак, болван, тупица/ МАС, т. I. С. 258/.
В словаре Даля; слабоумный, несмысленный от рождения, тупой, убогий, юродивый. 

Слово идиот впервые употребляется в третьей главе, но значение Этого слова начинает Формироваться еще раньше. Так, в первой главе Ф.М.Достоевский дает характеристику своему главному герою. В следующих глазах романа автор предоставляет слово другим персонажам, они высказывают свое мнение о князе. Достоевский, в отличие от своих героев, не называет князя Мышкина идиотом, он только отмечает его болезненность; «Глаза его были большие, голубые, пристальные; во взгляде их было что-то тихое, что-то полное того странного выражения, по которому некоторые угадывают с первого взгляда и субъекте падучую болезнь» /с.6/. 

Падучая - 2. Разг., устар. тоже, что падучая болезнь - эпилепсия, Эпилепсия - хроническое заболевание головного мозга человека, характеризующееся периодически наступающими приступами, выражающимися в потере сознания и сильных судорогах/МАС/. 

О болезни говорит и сам Мышкин: «Отвечая, он объявил, между прочим, что он действительно долго не был в России, с лишком четыре года, что отправлен был за границу по болезни, по какой-то странной нервной болезни, вроде падучей или виттовой пляски, каких-то дрожании и судорог» /с. 7/. 

Рассказывая генералу Епанчину о своей жизни, Мышкин называет себя идиотом, то есть больным человеком: «Павлищев доверил его каким-то старым помещицам, своим родственницам; для него, нанималась сначала гувернантка, потом гувернер; он объявил, впрочем, что хотя и все помнит, но мало может удовлетворительно объяснить, потому что во многом не давал себе отчета. Частые припадки его болезни сделали из него совсем почти идиота (князь так и сказал идиота)»/с.32/. 

В MAC слово «совсем» имеет следующую дефиницию: 1. совершенно, полностью // разг. Навсегда // в знач. усилит. частицы; почти так, что немного не достает до чего-л., чуть не // около, без малого. 

В этом проявляется математическая точность слова Достоевского; Мышкин не был идиотом полностью, совершенно, но и не был чуть не, без малого идиотом. Слово «совсем» употреблено в значении «чуть не». Достоевский устанавливает точные границы болезни. Так пресуппозиция (описание болезни князя) наводит в структуру значения слова идиот сему болезни. 

В семантическую структуру слова «идиот» входит также сема детскости как чистоты мировосприятия князя, бесконечной доброты, искренности, бескорыстия, любовной обращенности к миру, к людям. 

Впервые о князе как о ребенке говорит генерал Епанчин: 

- Принять? Вы говорите, его принять, теперь, сейчас? - и генеральша изо всех сил выкатила свои глаза на суетившегося перед ней Ивана Федоровича, 

- О, на этот счет можно без всякой церемонии, если только тебе, мой друг, угодно его видеть,- опешил разъяснить генерал.- Совершеннейший ребенок и даже такой жалкий; припадки у него какие-то болезненные; он сейчас из Швейцарии, только что из вагона, одет странно, как-то по - немецкому, и вдобавок ни копейки, буквально; чуть не плачет /с.80/. 

В MAC ребенок 
  1. Маленький мальчик или маленькая девочка// о наивном, неопытном человеке, 
  2. Сын или дочь (до отроческого возраста). 
Актуализируется периферийная сема «наивный, неопытный, невинный человек». Мышкин понимает, что его считают за ребенка, но у него особое мнение на этот счет; «Я положил исполнить честно и твердо. С людьми мне будет, может быть, скучно и тяжело. На первый случай я положил быть со всеми вежливым и откровенным; больше от меня никто не потребует. Может быть и здесь меня сочтут за ребенка,- так пусть! Меня тоже за идиота считают все почему-то, я действительно был так болен когда то, что тогда и был похож на идиота; но какой же я идиот теперь, когда я сам понимаю, что меня считают за идиота? Я вхожу и думаю: «Вот меня считают за идиота, а я все-таки умный, а они не догадываются,.,»/с.87/. 

Умный 
  1. Обладающий здравым умом, сообразительностью. // Разг. Благоразумный, послушный (о ребенке) // Сообразительный, понятливый // Выражающий ум, проницательность. 
  2. Порожденный умом, свидетельствующий о рассудительности, разумности или образованности, учености /МАС/. 
К семе «наивный, неопытный, невинный человек» прибавляется сема зрелости, познания мира не разумом, а душой. Наблюдается противоречие между представлением людей о Мышкине как о ребенке, глупом человеке и мыслями Мышкина о самом себе как о человеке разумном, сообразительном. Говоря о детях, Мышкин замечает; «Ребенку можно все говорить - все; меня всегда поражала мысль, как плохо знают большие детей, отцы и матери даже своих детей. От детей ничего не надо утаивать, под предлогом, что они маленькие и что им рано знать. Какая грустная и несчастная мысль! К как хорошо сами дети подмечают, что отцы считают их слишком маленькими и ничего не понимающими, тогда как они все понимают. Большие не знают, что ребенок даже: в самом трудном деле может дать чрезвычайно важный сове т» /С. 78/. 

Несмотря на то, что Мышкин не считает себя ребенком, он, не замечал этого сам, имеет некоторые черты, присущие детям. Это отражается и в его лексике: он называет взрослых людей «большими» (так говорят только дети). 

В MAC большой - 4. Разг. Взрослый, а также вышедший из младенческого возраста, подросший. 

Шнейдер называл Мышкина «полнейшим ребенком». Об этом рассказывает сам князь; «Наконец Шнейдер мне высказал одну очень странную свою мысль, - это уж было перед самым моим отъездом,- он сказал мне, что он вполне убедился, что я сам; полнейший ребенок, что я только ростом и лицом похож на взрослого, но что развитием, душой, характером и, может быть, даже умом я не взрослый и так. и останусь, хотя бы до шестидесяти лет прожил. Я очень смеялся; он, конечно, неправ, потому что какой же я маленький? Но только правда, я и в самом деле не люблю быть со взрослыми людьми, с большими,- и это я давно заметил,- не люблю, не потому что не умею. Что бы они не говорили со мной, как бы добры со мной не были, все-таки с ними мне всегда тяжело почему-то, и я ужасно рад, когда могу уйти поскорее к «Товарищам, а товарищи мои всегда были дети, но не потому, что я сам был ребенок, а потому, что меня просто тянуло к детям /с,86/. 

В первых главах не употреблено само слово идиот но упоминается его синоним - юродивый.
« - И до женского пола вы, князь, охотник большой? Сказывайте раньше! 

- Я, н-н-нет ! Я ведь.. .Вы, может быть, не знаете, Я ведь по прирожденной болезни моей, даже совсем женщин не знаю.
- Ну, коли так,- воскликнул Рогожин,- совсем ты, князь, выходишь юродивый, таких, как ты, бог любит!» /с. 17/.

В MAC юродивый
  1. Устар. Психически ненормальный. 
  2. Блаженный, аскет - безумец или принявший) вид безумца, обладающий, по мнению религиозных людей, даром прорицания. 
В словаре Ушакова, юродивый 
  1. Глуповатый, чудаковатый, безумный. 
  2. Б знач. юродивый - христианский аскет - безумец или приявший вид безумца, обладающий, по мнению верующих, даром прорицания. 
В словаре Даля - безумный, божеватый дурачек, отроду сумасшедший; народ считает юродивых Божьими людьми, находя нередко в бессознательных поступках их глубокий смысл, даже предчувствие и предвидение; церковь же признает и юродивых Христа ради, принявших на себя смиренную личину юродства; но в церковном же значении юродивый иногда глупый, неразумный, безрассудный. 

В контексте романа актуализируются семы «божий человек, прорицатель». Несмотря на то, что все считают Мышкина идиотом, многие отмечают в нем умение проникать в самые темные закоулки человеческой души. Так, в разговоре с князем Ганя Иволгин замечает: «И с чего я взял давеча, что вы идиот! Вы замечаете то, что другие никогда не заметят» /с,139/. Мышкин проникает в душу Ипполита Терентьева; «Удивило меня очень, почему князь так угадал давеча, что я вижу «дурные сны» ; он сказал буквально, что б Павловске «мое волнение и сны» переменятся. И почему же сны? Он или медик, или в самом деле необыкновенного ума и может многое угадывать (Но, что он в конце концов «идиот», в этом нет никакого сомнения) /с.441/.
Способность князя понимать человека замечает и боксер Келлер: « - Ну, вот этим-то вы и сбиваете человека с последнего панталыку! Да помилуйте, князь, то уж такое простодушие, такая невинность, каких и в золотом веке не слыхано, и вдруг в то же время насквозь человека пронзаете, как стрела, такою глубочайшею психологией наблюдения. Но позвольте, князь, это требует разъяснения, потому что я...Я просто сбит!»/с.352/. 

Сталкивал своего героя с разными людьми, Достоевский показывает, как по разному они оценивают князя: «Таврила Ардалионович еще сидел в кабинете и был погружен в свои бумаги. Должно быть, он действительно не даром брал жалование из акционерного общества. Он страшно смутился, когда князь спросил портрет и рассказал, каким образом про портрет там узнали.
- Э-э-эх! и зачем вам было болтать! - вскричал он в злобной досаде, -не знаете вы ничего… Идиот! - пробормотал он про себя» /с.91/. 

В данном контексте актуализируются семы – «дурачек, глупый человек». Но автор сразу же опровергает это мнение: «Ганя, раз начав ругаться и не встречал отпора, мало-помалу потерял всякую сдержанность, как то всегда водится с иными людьми. Еще немного, и он, может быть, стал бы плеваться, до того он уж был взбешен. Но именно через это бешенство он и ослеп, иначе он давно бы обратил внимание на то, что этот «идиот», которого он третирует, что-то уж слишком скоро и толково умеет иногда понять и чрезвычайно удовлетворительно передать» /с.102/. Появляется сема Думный, толковый, разумный человек». 

Шнейдер высказал мысль, что Мышкин «даже умом не взрослый», к этой же мысли приходит и Аглая Епанчина, говоря о том, что у человека есть «два ума» -«Половину вы вчера от меня услышали: я вас считаю за самого честного и за самого правдивого человека, всех честнее и правдивее, и если говорят про вас, что у вас ум...то есть что вы больны иногда умом, то это справедливо; Я так решила и спорила, потому что хоть вы и в самом деле больны умом (вы, конечно, на это не рассердитесь, я с высшей точки говорю), то зато главный ум у вас лучше, чем у них всех, такой даже, какой им и не снился, потому что есть два ума: главный и неглавный»/с. 487/. 

Получается, что именно детский ум - главный. Только чистый разум ребенка может познать истину. Таким образом, в структуру значения слова «идиот» контекст наводит окказиональные семы: человек невинный, искренний, с чистым мировосприятием, бесконечно добрый. 

В двух фрагментах в романе употреблен окказиональный синоним слова идиот - человек: «Прощай, князь, в первый раз человека увидела!» (слова Настасьи Филиповны о Мышкине)/с.201/. 

«Сейчас, сейчас, молчите: ничего не говорите, стойте... я хочу посмотреть в ваши глаза....Стоите так, я буду смотреть. Я с Человеком прощусь»,- так оценивает Мышкина Ипполит Терентьев перед своей смертью/с.476/.

В MAC человек
  1. Живое существо, обладающее мышлением, речью, способностью создавать орудия и пользоваться ими в процессе общественного труда //Лицо, являющееся носителем каких-л. характерных качеств, свойств, принадлежащее к какой-л. среде, обществу и т.п. //В знач. единицы счета (людей). 
  2. Личность как воплощение высоких моральных и интеллектуальных свойств. 
  3. Употребляется в знач. Местоимений: он, кто-то, некто. 
  4. Дворовой слуга или вообще помещичий крепостной слуга. 
В тексте романа «Идиот» актуализируются периферийные семы «личность как воплощение высоких моральных и интеллектуальных свойств» 

Раздумывал над любовью дочери к «больному идиоту», Лизавета Прокофьевна так характеризует князя : «Прежде всего уж то, что этот князишка - большой идиот, второе - дурак, ни света не знает, ни места в свете не имеет : кому его покажешь, куда приткнешь. Демократ какой-то непозволительный, даже и чинишка - то нет, и...и...что скажет Белоконская ?»/с.574/. 

Такого же мнения о Льве Николаевиче и лакей Епанчиных : «,..так как люди гораздо умнее, чем обыкновенно думают про них господа, то и камердинеру зашло в голову, что тут два дела: или князь так какой-нибудь потаскун и непременно пришел на бедность просить, или князь просто дурачок и амбиции не имеет, потому что умный князь и с амбицией не стал бы в передней сидеть и с лакеем про свои дела говорить, а стало быть, и в том и в другом случае, не пришлось бы за него отвечать?»/с.23/.|
Усиливается сема «непохожий на: окружающих». Для Елизаветы Прокофьевны слова идиот и демократ являются синонимами. Так наводятся в структуру лексического значения окказиональные семы: простой человек, не имеющий связей в свете, не имеющий чина, демократ. 

Контекстуальная многозначность лексических единиц - одна из основных особенностей стиля Ф. М. Достоевского. Не случайно своего главного герой Достоевский наделяет падучей болезнью. Для него больные люди, «уродики» несут в себе какой - то особый смысл, особый отпечаток божественности в душе. Болезнь, по Достоевскому, поднимает дух на неведомую высоту. В.Б.Розанов в своей работе «Легенда о великом инквизиторе Ф.М.Достоевского» так определяет эту высоту : «...все Фантастично здесь, и вместе как будто это фантастическое звездный, мерцающий свет, падающий на серую нашу действительность из далекого, далекого будущего» /Розанов,1989,с.201/. 

«Он задумался, между прочим, о том, что в эпилептическом состоянии его была степень почти перед самым припадком (если только припадок приходил наяву),когда вдруг среди грусти, душевного мрака, давления, мгновениями как бы воспламенялся его мозг и с необыкновенным порывом напрягались разом все жизненные силы его. Ощущение жизни, самосознания почти удесятирялось в эти мгновения, продолжавшиеся как молнии. Ум, сердце озарялись необыкновенным светом; все волнения его, все сомнения его, все беспокойства как бы умирот-ворялись разом, разрешались в какое - то высшее спокойствие, полное ясной, гармоничной радости и надежды, полное разума и окончательной причины. Но в эти моменты эти проблески были еще только предчувствием той окончательной секунды (никогда не более секунды),с которой начинался самый припадок. Эта секунда была, конечно, невыносима. Раздумывал об этом мгновении впоследствии ,уже в здоровом состоянии, он часто говорил сам себе: что ведь все эти молнии и проблески высшего самоощущения, самосознания, а стало быть, и «высшего бытия»,не что иное, как болезнь, как нарушения нормального состояния, а если так, то это вовсе не высшее бытие, а, напротив, должно быть причислено к самому низшему. И однако же, он все - таки дошел, наконец, до чрезвычайно парадоксального вывода: «Что же в том, что это болезнь?» - решил он, наконец, какое до того дело, что это напряжение ненормальное, если самый результат, если минута ощущения, припоминаемая и рассматриваемая уже в здоровом состоянии, оказывается в высшей степени гармоничной»/c.125/. 

«Эпилепсия Достоевского не есть поверхностная его болезнь, в ней открываются самые глубины его духа. Дух не вне человека, а внутри человека, Достоевский утверждает безграничность духовного, снимает все ограничения, сметает все сторожевые посты. Духовные дали открываются во внутреннем имманентном движении /Бердяев, 1991,с.33/. В человеке и через человека постигается БОГ. Он раскрывает Христа в глубине человека, через страдальческий путь человека, через свободу. Называя болезнь «высшим синтезом жизни», Достоевский описывает не только собственные ощущения перед припадком, он пишет о том мире духовной свободы, откуда пришел князь (Христос), где он был до приезда в Петербург. 

Достоевский в письме к Соне Ивановой писал: «На свете только одно положительно прекрасное лицо - Христос, так что явление этого безмерно, бесконечно прекрасного лица уж, конечно, есть бесконечное чудо…/Цит. по: Косенко,1986,с.92/. Ряд моментов биографии Мышкина, с которых он рассказывает в шестой главе первой части (близость с детьми, эпизод о Мари) подсказаны писателю эпизодами Евангелия, что соответствует характеристике князя Мышкина как «князя Христа». 

Описывая припадок, Достоевский показывает, как мучительно происходит переход из бытия в высшее бытие: в этот момент человек раздваивается и познает то, что недоступно простому смертному: «Затем вдруг как бы что-то разверзлось пред ним: необычайный внутренний свет озарил его душу. Это мгновение продолжалось, может быть, полсекунды, но он, однако, ясно и сознательно помнил начало, самый первый звук своего страшного вопля, который вырвался из груди сам собой, который никакой силой он не мог бы остановить. Затем сознание его угасло мгновенно, и наступил полный мрак. 

Страшный, невообразимый и ни на что не похожий вопль вырывается из груди в этом вопле вдруг исчезает как бы все человеческое, и никак невозможно, по крайней мере очень трудно, наблюдателю вообразить и допустить, что это кричит этот же самый человек. Представляется даже, что кричит как бы кто-то другой ,находящийся внутри этого человека. Многие по крайней мере изъясняли так свое впечатление, на многих же вид человека в падучей произвел решительный и невообразимый ужас, имеющий в себе даже нечто мистическое»/с.268/. 

Несмотря на весь этот ужас, Мышкин считает, что этот момент «сам по себе и стоил всей жизни»/с,257/, В лексическое значение слова идиот наводятся окказиональные семы: «божественный, праведный человек», «Христос», «мистический человек». Именно князя Христа показывает Достоевский в образе Мышкина, упоминая, что Мышкин приехал в Петербург поучать людей (он – идиот?!). 

« - Это всё философия, - заметила Аделаида, - вы философ и нас приехали поучать.»
- Вы, может быть, и правы, - улыбнулся князь, - я действительно, пожалуй, философ, и кто знает, может, и в самом деле мысль имею поучать.. Это может быть, право, может быть"/с,69/, 

О том, что Мышкин поучает, пышет и сам Достоевский в своих дневниках, делал наброски к образу князя: «Глазная задача: характер Идиота. Его развить. Вот мысль романа. Как отражается Россия… Он восстанавливает Н.Ф. и действует влиянием на Рогожина. Доводит Аглаю до человечности» \Цит. по: Фридлендер, 1957, с. 706\. 

Таким образом, в семантическую структуру слова идиот наводятся ок-казиональные семы: «философ», «учитель».
Благодаря своей божественной сущности, Мышкин способен любить двух женщин, что для обывателя ненормально. «Они расстались. Евгений Павлович ушел с убеждением странным: и по его мнению выходило, что князь несколько не в своем уме. И что такое значит это лицо, которое он боится и которое так любит. И в то же время ведь он действительно, может быть, умрет без Аглаи, так что, может быть, Аглая никогда и не узнает, что он до такой степени любит. И как это любить двух? Двумя разными любвями какими-нибудь? Это интересно...бедный идиот. И что с ним будет теперь? /с.661/. 

Мышкин любит и Настасью Филиповну и Аглаю. «Мышкин - чистый человек, в нем есть ангелическая природа. Он свободен от темной стихии сладострастия. Но и его любовь - больная, раздвоенная.безысходно – трагическая. И для него двоится предмет любви. И это двоение есть лишь столкновение двух начал в нем самом» /Бердяев, 1991 с. 85/. Он бессилен соединиться и с Аглаей и с Настасьей Филицовной, он по природе своей не способен к браку. Образ Аглаи пленяет его, и он готов быть ее верным рыцарем. Он любит Настасью Филиповну жалостью, состраданием, и сострадание его беспредельно, Есть что-то испепеляющее в этом сострадании. «Бездна сострадания поглощает и губит его/Бердяев,1991,с.86/.Он хотел бы перенести, в вечную божественную жизнь то надрывное сострадание, которое порождено условиями относительной земной жизни, Достоевский показывает, как в чистом, ангелоподобном существе раскрывается больная любовь, несущая гибель, а не спасение. Н. А. Бердяев в работе «Миросозерцание Достоевского» так пишет о Мышкине: «Мышкин все время пребывает в тихом экстазе ,каком-то ангелическом исступлении. И быть может все несчастье Мышкина в том, что он слишком был подобен ангелу и недостаточно был человеком, не до конца человеком» /Бердяев,1991,с,86/, 

Прилагательное бедный придает значению слова идиот эмоциональный компонент. Усиливается сема страдания.
В мир, презирающий идеализм, помешавшийся на «здравом смысле», явился сам Христос, пришел любить и поучать людей, а его встретил безумный мир, в котором царствуют людские страдания, несчастья, страсти и горести. Ужас и боязнь окружающего приводят Льва Мышкина к полному мраку. Безумие людей, жестокость убивают разум героя. Не выдержав, он уходит в то высшее бытие, из которого пришел, чтобы принести радость, свет, любовь людям, которые его не поняли и не приняли. 

«Князь сидел подле него (Рогожина) неподвижно на подстилке и тихо, каждый раз при взрывал крика или бреда больного, спешил провесть дрожащею рукою по его волосам и щекам как бы лаская и унимая его. Но он уже ничего не понимал, о чем его спрашивали, и не узнавал вошедший и окружавших его людей. И если бы сам Шнейдер явился теперь из Швейцарии взглянуть на своего бывшего ученика и пациента, то и он, припомнив то состояние, в котором бывал иногда князь в первый год лечения своего в Швейцарии, махнул бы теперь рукой и сказал бы, как тогда: «Идиот»/с.692/. 

Пройдя по кругу, по разному трансформируясь «значение слова идиот вернулось к исходному. В последнем контексте слово употребляется в своем узуальном значении. Если мысленно провести семный круг: значений этого слова, следуя контекстуальному формированию, в семантическую структуру его войдут следующие семы : больной, наивный, неопытный человек, духовно зрелый человек, познающий мир не разумом, а душой, человек, невинный ,искренний, с чистым мировосприятием, бесконечно добрый, обращенный всем сердцем к миру, к людям, человек – личность как воплощение высоких моральных и интеллектуальных свойств, божий человек, обладающий даром прорицания, дурачок, глупый, простой человек, не имеющий связей в свете, не имеющий чина, демократ, праведник, Христос, мистический человек, философ, ангелоподобный человек, учитель, больной человек.

Вывод 

Ключевое слово - это слово, которое является наиболее важным в контексте, оно несет в себе основную авторскую идею. Ключевые слова имеют богатую семантическую структуру, т. е. в художественном произведении они приобретают несколько рядов значений. Рассмотрение ключевых слов осуществляется по цепочке: знак - значение -смысл, причем последний наиболее ярко проявляется только после подробного анализа значений всех синонимических рядов и образуемого ими поля. 

Ключевое слово «идиот», вынесенное в заглавие романа ,является квинтессеяцией всего произведения в целом. «Целое надлежит понимать на основании отдельного, а отдельное на основании целого. Части определяются целым и в свою очередь определяют целое. Движение понимания постоянно переходит от целого к части и от части к целому. Как отдельное слово входит во взаимосзязное целое предложение, так и отдельный текст входит в свой контекст - в творчество писателя, а творчество писателя - в целое, обнимающее произведения соответствующего литературного жанра или вообще литературы. 

Если рассматривать текст романа как целое и представителем этого целого считать его название "Идиот", то частями можно назвать слово "идиот" (и его контекстуальные синонимы), повторяющееся на протяжении всего романа то автором, то в устах главного героя, то остальными персонажами и обрастающее новыми смыслами, трансформирующееся, приобретающее следующие семы: человек больной, наивный, неопытный: человек духовно зрелый, познающий мир не разумом, а душой; человек невинный, искренний, с чистым мировосприятие к бесконечно добрый, обращенный всем сердцем к миру, к людям: человек - личность, воплощающий высокие моральные и интеллектуальные свойства; божий человек, обладающий даром прорицания; дурачок, глупый простой человек, не имеющий связей в свете, не имеющий чина; демократ, праведный человек, Христос, мистический человек, философ, учитель. 

Невозможно понять целое (текст, значение и смысл ключевого слова, представленного в заглавии; без глубинного анализа и пони-; мания сущности значений составляющий элементов. То же самое - смысл каждого из употреблений ключевого олова в продолжении текста будет не понят, очень узок, беден, будет оставаться на уровне знака пли прямого узуального значения без осознания того, что все они являются частью целого и могут мыслиться только в единой системе, что наглядно демонстрирует возможность приложения принципа герменевтического круга к рассмотрению ключевых слов.

Заключение. 

Проанализировав ключевое слово «идиот» и выяснив, что семантическая структура этого слова представляет собой семное поле, включающее в себя несколько синонимичных рядов, требующих дальнейшего исследования, можно выдвинуть гипотезу о том, что явление семантического поля в произведениях Ф. М. Достоевского не случайно. 

Для доказательства этой гипотезы необходимо провести анализ ключевых слов «бесы», «недосиженные», «надрыв» и др. в указанных произведениях. 

В перспективном исследовании необходимо выяснить:
  1. Являются ли характерными семантические поля для других романов Достоевского и присущи ли они произведениям других жанров? 
  2. Каково соотношение окказиональных и узуальных сем в формировании семантических полей? 

IV Список литературы
1. Фёдор Михайлович Достоевский - «Идиот» роман.
2. Н. А. Бердяев - работа «Миросозерцание Достоевского».
3. И.А. Стернин - контрастивные исследования, контрастивные словари.
4. Д.Н.Шмелев – «лексическое значение в свете альтернативных научных парадигм».
5. Л.М. Васильев - «Современная лингвистическая семантика».
6. Г.О.Винокур - Заметки по русскому словообразованию.
7. В.Б.Розанов - «Легенда о великом инквизиторе Ф.М.Достоевского».
8. Толковый словарь русского языка под ред. Д.Н.Ушакова.
9. Толковый словарь живого великорусского языка под ред. В. И. Даля.
10. Малый академический словарь русского языка.
Завадская Ольга Владимировна02.01.2014 19570 Вне урока
Всего комментариев: 0
avatar