РАЗРАБОТКИ

Другие модули


Поиск подходов и исследовательского инструментария к анализу переходной эпохи в историческом процессе

Надежда Бояновна Бурыкина

Бурыкина Н.Б.,
кандидат философских наук,

Современный этап исторического развития человечества, сложившаяся в конце ХХ – начале ХХI века, характеризуется переходом от Нововременной концепции мира, классической парадигмы, в которой человек изучает объект и получает объективное знание и сложившейся в ХХ веке неклассической парадигме, в которой важен объект и средства его познания к постнеклассической, в которой «ответ зависит и от свойств объекта, и от способа вопрошания, и от способности понимания вопрошающего субъекта» (В. Буданов) [2, с. 153]. Определяя содержание современных изменений, можно говорить о переходе от философской логики «наукоучения», характерной для «разума познающего» (XVII – XIX веков), – к разуму, стремящемуся понять культуру в ее всеобщих онтологических предположениях XXI века (В. Библер) [1, с. 300]. Такая трансформация самосознания культуры ХХI века говорит об исчерпанности нововременного проекта и о рождении постмодернистской эпохи.

Наиболее важные вопросы современной переходной эпохи связаны с необходимостью изучения неустойчивых исторических процессов новейшего времени, развития нестабильных ситуаций или переходов, возникновения «порядка из хаоса» для определения понятия переходности и с целью создания методологической базы для изучения этих процессов.

Современные социальные изменения рассматриваются в философии в основном с позиции изменений в техническом и экономическом базисе, поэтому современная эпоха называется с позиции материальной части общества: «постиндустриальной». Называя современную эпоху «информационной», определяя знания как основную производительную силу этого общества, определяют их в технико-экономическом приложении, а не как фундамент культуры. Характеристика постиндустриального общества дается с позиции экономики, научно-технической революции, развития общества потребления, перехода от преимущественного производства товаров к производству услуг. Признавая, что производственным ресурсом становятся информация и знания, научные разработки, уровень образования, профессионализм, обучаемость и креативность работников (Р. Флорида) [20], не объединяют этот процесс с ростом субъективного фактора, переносом мысли этого креативного человека в мир культуры.

Социальная философия констатирует произошедшие изменения и в области знания, превращение их в определяющий фактор производства, что отодвигает на задний план и капитал, и рабочую силу. П. Дракер говорит о создании экономической системы на основе знания. Знание стало одним из видов ресурсов, одной из потребительских услуг. Во все времена знание было частным товаром. Теперь практически в одночасье оно превратилось в товар общественный [8]. Такое отношение к знанию, которое не соединяется с миром культуры, привело сегодня, в период реформирования образования в России к тому, что образование рассматривают с экономической позиции и называют сферой образовательных услуг, выхолащивая главное в образовании – образование как основа духовности общества, передача смыслов человеческого бытия, культуры, что сегодня ведет к разрыву связи поколений («Какое, милые, у нас Тысячелетье на дворе?» Б. Пастернак). Данный разрыв происходит на нравственном уровне.

Концепция переходов в историческом процессе с материальной, экономической позиции рассматривает также марксистская теория, наиболее распространенный подход в научной литературе, названный материалистическим пониманием истории, согласно которому фундаментом, базисом любого конкретного общества является определенная система социально-экономических отношений. Производство, взятое в определенной общественной форме, есть не что иное, как определенный способ производства (рабовладельческий, феодальный и т. п.). Исторический процесс – это процесс развития и смены общественно-экономических формаций через революцию, классовая борьба является движущей силой истории [12]. Данный подход к историческому процессу не объясняет переходное состояние общества, причины, движущие силы изменения и развития общества. Эту ограниченность марксистского подхода раскрывает А. Гуревич, отмечая, что даже если допустить, что материальное производство является решающим фактором социального развития, то демонстрация определенных экономических состояний и изменений еще не дает нам объяснения движущих пружин социальных процессов, ведь общество – это объединение живых людей с их интересами, потребностями, мыслями и эмоциями. Он поднимает вопрос о методологии научного поиска, коренной специфики исторического знания как науки о культуре. Для проникновения во внутренние причины поведения людей надобен совсем иной исследовательский инструментарий, нежели тот, какой предлагал историкам экономически и социологически ориентированный марксистский позитивизм [5, с. 435-436].

Долгое господство в социальной философии материалистического подхода к истории закрепило взгляд на исторический процесс с позиции признания идеи прогресса. Современная онтология «перегрета» прогрессом человечества и страдает от обнаруженной ею инвариантности (В. Буданов) [2, с. 153]. Экономический детерминизм, характерный для рассмотрения исторического процесса с позиции марксизма, почти исключает субъективный фактор. Современная ситуация критики господствующих, не замечающих культурных оснований, экономических и политических изменений, ведет к необходимости поиска иных подходов к анализу социальных процессов.

Определяющим условием развития всего современного мира стал фактор культуры как совокупность способов передачи знаний, ценностей, норм от поколения к поколению, от одной личности к другой (С. Ячин) [24, с. 127]. Именно это переориентирует наше сознание, освобождает его от абсолютных предначертаний бытия и иначе актуализирует всеобщий смысл бытия, «бытия в культуре» [1, с. 300]. Такие изменения, происшедшие в положении человека в мире, превращает человека в центральное звено научной картины мира, требуют внимания к его ментальности.

Анализ процессов, происходящих в переходную эпоху, требует современного, постнеклассического подхода, в задачи которого входит описание сложных, эволюционирующих систем и процессов, объектом которых является внутренний мир человека, культура, история, общество, «человекоразмерность» (В. Степин) этого подхода. На переднем крае научно-технологического развития, в связи с освоением сложных саморазвивающихся систем, поиска оснований и описания «среди прочих факторов, еще и духовной «тяги» аттракторов будущего[16, с. 6], возникают точки роста новых ценностей и мировоззренческих ориентаций, которые открывают новые перспективы для диалога культур. А этот диалог, необходим для выработки новых стратегий жизнедеятельности глобализующегося человечества, для выхода из глобальных кризисов, порожденных современной техногенной цивилизацией. Все социальные объекты, рассмотренные с учетом их исторического развития, принадлежат к типу сложных саморазвивающихся систем [17]. Период смены эпох рождает рефлексию исторического, что является основой построения и перестроения социальной философии на уровне понимания тех процессов, которые составляли содержании исторической эпохи. То, что в традиционном диалектическом описании развития структурно не анализировалось, а просто обозначалось как «скачок», «перерыв постепенности», «переход в новое качество», теперь стало предметом научного анализа. Синергетика сосредоточивает внимание на процессах неустойчивости, состояниях динамического хаоса, порождающих ту или иную организацию, порядок. Теоретическое описание этих процессов основано на введении особых идеализаций [7]. В соответствии с этой парадигмой развитие понимается как последовательность длительных периодов, соответствующих стабильным состояниям системы, которые прерываются короткими периодами хаотического поведения («бифуркациями»), после чего происходит переход к следующему устойчивому состоянию («аттрактору»), выбор которого определяется, как правило, флуктуациями в точке бифуркации.

Переходная эпоха требует личностей – носителей новых идей, которые смогли бы объяснить обществу новые ценности, соответствующие XXI веку, собрать людей в новые духовные объединения (выполнить роль аттракторов в период хаоса). Ситуация переходного периода в стране поднимает проблему духовного единства, мыслительных перспектив, идеологической самоидентичности. Ситуация переходного состояния общества имела место в истории человечества много раз, духовная действительность, культура, искусство объединяли людей, новыми смыслами, высказанными гениями, предлагались ответы на возникшие вопросы. Переходные эпохи как эпохи рефлексии истории человечества приводят к пониманию процессов, которые шли в обществе, были не явленными, не понятыми, но именно они определили современное состояние человека и человечества, все проблемы и болезни современности. Лишь на выходе из эпохи становится понятна историческая правда о достижениях данной эпохи.

Движущим противоречием современной эпохи является конфликт между сложившейся фактичностью, в том числе и экономической, и ее рефлексией (самоописанием), которую порождают гении рода.

Исследование исторического процесса в социальной философии приводит к необходимости ретроспективного подхода к анализу теорий периодизации исторического процесса. Важное место в разработке концепции занимают работы, в которых прилагаются усилия по построению стройной философской теории развития истории, начиная с античности, с Платона, Геродота и Фукидида, в средние века, в новое время [10]. Исторический процесс в социальной философии трактуется в разных вариантах: унитарно-стадиальный [7] и плюрально-циклический, расширенная концепция всемирной истории как единого закономерного процесса. В последние годы за рубежом и в России активно развивается новое направление исторических исследований, в котором рассматриваются проблемы глобальной истории (У. Мак-Нил, В. Грин, А. Франк, И. Валлерстайн, Дж. Бентли и др.).
Анализ исторического процесса в системно-динамическом, нелинейном его аспектах, как постнеклассический эволюционизм приводит к необходимости рассмотрения синергетического понимания времени как нового качества темпоральности. Нелинейное построение исторического процесса предполагает оценку деятельности личности в истории с позиций активного влияния ее на исторический процесс на уровне синергетического подхода.

Синергетический подход к рассмотрению вопросов развития начинает рассматриваться в 1996 году в связи с проведением «Московского синергетического форума» (в нем приняли участие западные синергетики, специалисты в области коэволюционной креативной коммуникации М. Темпчик, Э. Ласло, К. Майнцер, Г. Шефер, Дж. Николис, Г. Бюржель.Ф. Вукетич, З. Санатани, В. Басиос, И. Антониу). В.С. Степин на Философском конгрессе в 2002 году объявил синергетику ядром формирующейся картины мира постнеклассической науки ХХІ века. Для философского самоопределения синергетики важны труды в области философии науки, содержащие деятельностный подход к анализу научного знания (труды И.С. Акчурина, И.С. Алексеева, А.И. Алешина, А.А. Ахутина, А.А. Воронина, М.А. Розова, В.А. Лекторского.В.С. Швырева, И.П. Меркулова, В.Н. Садовского, В.Л. Рабиновича, В.М. Розина, Л.А. Микешиной, В.В. Налимова, М.К. Петрова, П.П. Гайденко, В.С. Степина, С.С. Хоружего, Ф.И. Гиренка, Б.Г. Юдина, В.П. Филатова, В.Н. Поруса).

Современная социальная философия не выстроила четкой концепции исторического процесса с позиции постнеклассической науки, что дает автору возможность предложить в данной статье некоторые подходы в разработке переходной эпохи в историческом процессе.

Исторический процесс – это смена эпох (эпоха – конституированная определенными ценностями историческая длительность), которая происходит в результате того, что в глубине эпохи появляются исторические личности («аттракторы») – носители новых идей и ценностей, которые пытаются собрать людей в новые духовные общности, предлагают новую идентичность (например, М. Лютер в эпоху Реформации), в результате чего наступает переходная эпоха – период конкуренции этих личностей. Переходная эпоха заканчивается, когда идеи одной из систем становятся доминирующими.

Главным структурирующим элементом исторического процесса в нашем подходе к истории – становление, развитие, созидание личности в духовном аспекте – мы вводим понятие «эпоха» – период времени, который имеет устойчивое и относительно неизменное состояние общества, то есть мы предполагаем принцип субстанциональности – единство качественных характеристик, подчеркивающих специфику и стабильность основных факторов процесса каждого периода (причин, движущих сил); принцип временной сравнимости, который предполагает применение одних и тех же критерий к выделенному периоду; принцип сравнимости парадигм.

Понятие «эпоха» прозвучало впервые в трудах итальянского гуманиста и поэта Франческа Петрарки, когда стало ясно, что история Римской империи отнюдь не «продолжалась» в его время, как утверждали средневековые преисториологи, а давно уже завершилась с приходом варваров и, соответственно, наступлением «темных веков». Эпоху, предшествовавшую «темным векам», он называл древней (античной).

Эпохальная периодизация складывалась постепенно и впервые нашла свое совершенно четкое выражение в трудах немецкого историка Кристофа Келлера. В 1675 г. он опубликовал работу, носившую название «Ядро истории средней между античной и новой». За этим последовала его «Трехчастная история». Периоды истории он называл эпохами. Четвертая эпоха – восточная, добавилась в XIX веке, так как по существу мир Древнего Востока стал представать перед европейцами во всем своем богатстве лишь с началом XIX в. С этого времени историки все чаще стали выделять историю Древнего Востока в качестве особой самостоятельной эпохи, отличной от классической античности. Во второй половине XIX в. сложилась теория деления всемирной истории на четыре мировых эпохи: древневосточную, античную, средневековую и новую.

Основываясь на работах своих предшественников, Мари Жан Антуан Николо Кондорсе также делит историю на эпохи. Он считал, что в основе смены эпох лежит прогресс человеческого разума. Эпохи отличались у него конкретным воплощением деятельности разума человека: земледелие, приручение животных, разделение труда, появление ремесел, религии, азбуки и т.д. Он выделяет в ней десять эпох. Как отмечает сам автор, цель его работы состоит в том, чтобы «показать путем рассуждений фактами, что не было намечено никакого предела в развитии человеческих способностей, что способность человека к совершенствованию действительно безгранична, что успехи в этом совершенствовании отныне независимы от какой бы то ни было силы, желающей его остановить, имеют своей границей только длительность существования нашей планеты, в которую мы включены природой. Без сомнения прогресс может быть более или менее быстрым, но никогда развитие не пойдет вспять...».[10, с. 5-6] Данная концепция исторического процесса берет за основу деления истории человеческие способности, прогресс наук – прогресс человеческого разума, то есть основанием для периодизации становится человек. В основе смены эпох у Гегеля [4], стержнем истории было осознание человеком своего предназначения, смысл которого была свобода. Он выделял следующие эпохи: восточная – детство человечества, еще нет осознания своего предназначения; греческий мир – юность истории, формирование индивидуальности, осознание свободы некоторыми греками; римский мир – возмужание истории, индивиды становятся юридическими лицами; германский мир – дух достигает полного расцвета, осознания свободы.

И.Г. Фихте выделяет пять эпох такого отделения:

  • эпоха, в которую человеческие отношения устанавливаются без принуждения, благодаря одному разумному инстинкту;
  • эпоха, в которую этот инстинкт, ставший слабее и проявляющийся лишь в немногих избранных, превращается последними в принудительный для всех внешний авторитет;
  • эпоха, в которую отвергается этот авторитет и вместе с ним разум в единственной форме, в какой он проявлялся до этого времени;
  • эпоха всеобщего распространения в человеческом роде разума в форме науки;
  • эпоха, в которую к науке присоединяется искусство, чтобы твердой и верной рукой преобразовать жизнь сообразно с наукой. Затем наш род вступает в высшие сферы другого мира [10, с. 445].

Называя два основных периода в истории человечества, И.Г. Фихте отмечает роль разума в процессе: «…первый период, когда род живет и существует, еще не устроив своих отношений свободно и сообразно разуму, – и второй, когда он свободно осуществляет это разумное устроение» [19, с. 225]. Процесс осознания свободы человечеством лежит в основе трактовки истории и исторического процесса, если выделяется духовный элемент жизни общества как ведущий.

Говоря о единстве духовных установок эпохи, X. Ортега-и-Гассет отмечает, что тесное внутреннее единство поразительно и таинственно, каждая историческая эпоха сохраняет во всех своих проявлениях единое вдохновение, один и тот же жизненный стиль, который пульсирует в искусствах. Не отдавая себе в том отчета, молодой музыкант стремится воспроизвести в звуках в точности те же самые эстетические ценности, что и художник, и поэт, и драматург – его современники. И эта общность художественного чувства должна привести к одинаковым социологическим последствиям [15, с. 230]. Единые духовные установки объединяют все явления и умонастроения людей в каждой эпохе.

А. Гуревич считает, что единство эпохи, в которую живет индивид, налагает неизгладимый отпечаток на его мировосприятие, дает ему определенные формы психических реакций и поведения. Эти особенности духовного оснащения каждой эпохи обнаруживаются в коллективном сознании общественных групп и толп, и в индивидуальном сознании выдающихся представителей эпохи. В творчестве последних при всех неповторимых, уникальных событиях проявляются те же черты ментальности, ибо всем людям, принадлежащим к данному обществу, культура предлагает общий умственный инструментарий, и уже от способностей и возможностей того или иного индивида зависит, в какой мере он им овладеет [6, с. 522]. А. Гуревич рассматривает эпоху как единство духовных устремлений, которые характеризуют тот или иной период истории. Он приводит черту эпохи, которая может стать необходимой для характеристики той или иной периодизации: «…те или иные исторические феномены представляют интерес не сами по себе, а в той мере, в какой они чреваты дальнейшим развитием» [5, с. 682]. Единые духовные установки – вот что объединяет все явления и умонастроения людей в каждой эпохе. А. Гуревич отмечает, что основные концептуальные и чувственные категории универсальны, но по своему содержанию они изменчивы. В различных общественных структурах мы найдем весьма не похожие одна на другую категории времени или свободы, в рамках одной цивилизации все эти категории не представляют случайного набора, но образуют в своей совокупности систему, и изменение одних форм связано с изменением и других.

Для В. Библера та или иная историческая эпоха оборачивается особой культурой (то есть таит в себе бесконечные возможности самореализации), только если она обладает собственным пафосом всеобщего. То есть, если в этой культуре формируется особенный разум, с особенным смыслом понимания мира.[1, с. 56] Он выделяет следующие эпохи:

  • античность имеет свой разум, свою идею актуализации одной из возможностей бесконечно возможного бытия;
  • средние века обладают своим, совершенно особым разумом. Для средневекового человека понять мир означает причастить тленное бытие к иному, высшему, надбытийному смыслу;
  • новое время. Для этого разума понять предмет означает понять его, как он есть «сам по себе», отдельно от человека, даже не просто отдельно, но в бесконечном удалении – как протяженная субстанция Р. Декарта удалена от субстанции мыслящей, очищена от всех субъективных «вложений» и «искажений».

В. Шкуратов говорит, что эпоха имеет «душу», он вводит понятие «гений эпохи» и «культурный тип» [22, с. 250].

В работе И. М. Савельевой и А. В. Полетаева «Знание о прошлом: теория и история» приводится следующее определение эпохи: «Эта сугубо историческая категория трактуется как целостность культурной системы, социальной системы и системы личности, и в качестве таковой является ключевым элементом структурирования прошлого – периодизации» [14, с. 556].

В. В. Вейдле отмечает, что в определенную эпоху возникает единство духовности и называет это единство стилем. Стили росли и ветшали, надламывались, менялись, переходили один в другой, но в течение долгих веков за отдельным архитектором, поэтом, музыкантом всегда был стиль как форма души, как скрытая предпосылка всякого искусства, как наличная предопределенность всякого личного творчества... Стиль есть такое общее, его не создается отдельным человеком. Стиль – лишь внешнее обнаружение внутренней согласованности душ, сверхразумного, духовного их единства, он – воплощенная в искусстве соборность творчества [15, с. 269]. Каждая эпоха в истории несет в себе единство духовных стилей, которые проявляются во всех вопросах исторического развития, а также во всех предметах, науках, искусствах.

Историческая эпоха это исторический этап в жизни человечества, характеризующийся определенными духовными и ментальными установками, смыслами как ответами на вопросы человеческого бытия, культурой, которая таит в себе огромные возможности для самореализации индивида.

Философы истории, определяя содержание эпохи как духовное, умственное состояние того или иного исторического периода, дают разное определение:

  • «духовный универсум» (Л. Февр) – эстетические, этические, правовые нормы, эмоциональные состояния, типичные для исторической эпохи, особенности психического склада людей данной эпохи;
  • «видение мира» (Р. Мандру) – мироощущение, мировосприятие, мировоззрение, система отношений к действительности, определяющая позиции людей в частной и социальной жизни, в труде;
  • «ментальность» (А. Дюпон) – состояние духовности, манера думать, воспринимать мир, система символов и ценностей;
  • «модель мира», «образ мира», «видение мира» (А. Гуревич). А. Гуревич, определяя содержание эпохи «моделью мира», складывающейся в данном обществе, говорит, что человек руководствуется во всем своем поведении, с помощью составляющих ее категорий он отбирает импульсы и впечатления, идущие от внешнего мира, и преобразует их в данные своего внутреннего опыта. Он определяет «картину мира» как систему координат, которыми, по большей части неосознанно, руководствуется индивид. Спектр этих категорий сознания необозримо велик: это и восприятие времени и пространства, и оценка жизни, смерти и возрастов человека, и категории добра и зла, греха и святости, чудес и природных явлений; социальная принадлежность, сословные различия, права и обязанности, имущественные статусы, включая понятия собственности, богатства и бедности [5, с. 823];
  • «картина мира» (В.С. Жидков, К.Б. Соколов). Они характеризуют его как панорамное синтетическое представление человека о конкретной действительности; картина мира – это система образов, наглядных представлений о мире и месте человека в нем; это представление человека о взаимоотношениях человека с действительностью в четырех отношениях с природой, с обществом, с другим человеком и с самим собой [9, с. 99].

Эпохальная периодизация исторического процесса пользуется понятием «эпоха» в применении такого деления только к истории духовной действительности, истории ментальностей, истории как культуры и поэтому не может быть четких границ эпохи, так как ментальные установки меняются длительный переходный период и четкости в фиксации смены быть не может. В связи с этим и возникает роль переходной эпохи.

Эпохальная периодизация в нашей трактовке выглядит следующим образом:

  • Древний Восток (первобытность и государства Древнего Востока) – 100 000 лет – 3 в. н.э.;
  • Античность (первобытность, Древняя Греция и Рим) – 18 в. до н.э. – V в. н.э.;
  • Средневековье (романика, готика) – V в. н.э. – XIII-XIV вв.;
  • Возрождение (Проторенессанс, Кватроченто, Высокий и поздний Ренессанс) – XIV-XVI вв.;
  • Новое время (XVII век – век рационализма, век Просвещения, век романтизма, модернизм,) – XVII- XIX вв.;
  • Новейшее время или современность (постмодернизм, постпостмодернизм) – XX в. – начало ХХI века.

История человека – это процесс растущей индивидуализации и растущего освобождения в онто- и филогенетическом плане. Целью общественного развития является полное развитие способностей человека, осознание им свободы, становление личности. Процесс формирования человека происходит в ходе истории, развитие человека и общества в историческом процессе сложно, поэтапно. Если в этапе есть зазоры, этап прожит дефектно, то человек не развивает свои возможности. Основная цель человека – стать личностью, индивидом, реализовать свою свободу.

Эпохальная периодизация выделяет основаниями для выделения эпох отношения человека, и эпоха представляется с позиции целостности ее организации в отношениях человека в реальных действиях: к культу священного; к техно – средствам и орудиям деятельности; к самому себе; к коммуникации – трансферту опыта, коммуникативным измерениям культуры (С.Е. Ячин).

Отношение к культу священного: культура возникает в храме (Н. Бердяев), именно мир культуры делает человека человеком. Эпохи различаются разным самосознанием, ментальностью, картиной мира, которые формируются под влиянием религии, господствующей в том или ином обществе. История как культура – это этап исторического развития человечества, когда начинают преобладать духовные начала в жизни человека, материальная сторона жизни становится вторичной. Ментальность на этом этапе характеризуется восприятием реальности как потусторонней, непознаваемой, трансцендентной; цели жизни и потребности человека лежат в плоскости духовной, они предполагают духовную работу по преобразованию себя и самосознания человека, по исполнению священного долга; служение Богу; нравственные императивы; умерщвление плоти.
Отношение к техно: отношение человек-природа, которое характеризует выделенностью человека из природы, овладение ею. А. Ахиезер определяет основу для выделения периодов истории периодичность технологических инноваций.

Отношение к самому себе: Отношение человека к самому себе проявляет осознание человеком с двух позиций: Я, развиваясь, изменяясь, каждый момент разный, не совпадающий с собой прежним (М. Бахтин); отношение к Другому как Иному. Инаковость рассматривается как осознанное культурное Различие, осознание оснований различия, иначе она вызывает враждебное отношение или страх. Услышать другого в его инаковости (услышать в смысле понимания), уметь воспринять величие другой культуры, но и отдать, поделиться своим неповторимым видением мира (С. Ячин).

Отношение к коммуникации: современное общество описывает себя как «коллектив свободных индивидуальностей», индивидуальность становится горизонтом любой социальной ситуации или коммуникации. Н. Луман определяет смысл как форму человеческого переживания, которое характеризуется «избытком возможностей», оно должно быть структурировано с помощью программы управления выбором. Он вводит понятие «коммуникация» и определяет ее: отношение между прошлым и будущим непрерывно сдвигается, этот сдвиг можно понять как пространственно-временное движение во всегда уже наличном мире бытия – эта операция понимается как коммуникация.

Итак, источник социокультурного движения, исторического процесса, смены эпох имманентен и связан с человеком. Все эпохи социокультурного развития общества пронизывают общие стержни – парадигмы, которые содержат смыслы человеческого бытия (ценности). Парадигмы – это модели, которые включают закон, теорию и практику применения, и которые являются той основой, на которой происходит приобщение новых поколений к культуре [11, с. 35].

Стержнем социокультурного движения является человек, его судьба, а имманентной силой этого процесса – осознание, присвоение человеком основного содержания эпохи – идей, которые составляют смыслы человеческого бытия. Идеи эпохи, проявленные в этих отношениях, составляют ценности. Смена смыслов как ответов на вопросы человеческого бытия – понимания ценностей – ведет к разрушению целостности эпохи, возникновению переходности и зарождению нового этапа социокультурного развития.

Первый стержень эпохи, смена которого ведет к смене эпохи, к историческому процессу, мы определим как процесс осознания свободы обществом, человечеством. В процессе развития истории эпоха осознания свободы менялась на эпоху несвободы, что получило в философии название горизонтального и вертикального движения (к Богу или земной жизни) или то, о чем говорит Х. Ортега-и-Гассет, что в разные эпохи и в разных культурах то отдавали предпочтение жизненным благам, то не придавали им ни малейшего значения. Так, открытие науки (физики) произошло ради удобства жизни.

Список литературы:

  1. Библер, В.С. От наукоучения – к логике культуры: Два философских введения в двадцать первый век. /В.С. Библер. М.: Издательство политической литературы, 1991. 413 с.
  2. Буданов, В. Методология и принципы синергетики /В. Буданов. //Філософія о світи 1(3)/2006 С 143-172.
  3. Буданов, В. Методология синергетики в постнеклассической науке: принципы и перспективы /В. Буданов. Опубликовано: Постнеклассика: философия, наука, культура. СПб.: Издательский дом «Миръ», 2009. С. 361-396.
  4. Гегель, Г.В.Ф. Феноменология духа. /Г.В.Ф. Гегель. – СПб.: «Наука», 2006. – 443 с.
  5. Гуревич, А. Я. История – нескончаемый спор. О кризисе современной исторической науки. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 2005. 889 с.
  6. Гуревич, А.Я. Уроки Люсьена Февра. /В кн: Люсьен Февр. Бои за историю. – М.: Наука, 1991. 529 с.
  7. Данилевский, Н.Я. Россия и Европа. М.: Книга, 1991. 574 с.
  8. Дракер, П. Постэкономическое общество. Новая постиндустриальная волна на Западе. [Электронный ресурс] /Под ред. В.Л.Иноземцева.М.,1999. Режим доступа: http://scd.centro.ru/rass.htm
  9. Жидков, В.С. Искусство и общество. / В.С. Жидков, К.Б. Соколов. – СПб.: Алетейя, 2005. 529 с.
  10. Кондорсэ, Ж.А. Эскизные исторические картины прогресса человеческого разума. М.: Госсоцэкгиз, 1936. 266 с.
  11. Кун, Т. Структура научных революций. /Т. Кун. – М.: ООО “Издательство АСТ”, 2002. 608 с.
  12. Маркс, К. Манифест коммунистической партии. /К. Маркс, Ф. Энгельс: Сочинения, 2 изд., т. 4. М.: Государственное издательство политической литературы, 1955. С. 3-24.
  13. Розов, Н.С. Философия и теория истории. // Кн.1. Пролегомены. – М.: Логос, 2002. – 656 с.
  14. Савельева, И. М., Полетаев, А. В. Знание о прошлом: теория и история: В 2 т. Т. 1: Конструирование прошлого. – СПб.: Наука, 2003. – 632 с.
  15. Самосознание европейской культуры ХХ века. – М.: Издательство политической литературы, 1991. 321 с.
  16. Сафрошкин, Ю.В. Системный аттрактор ноосферного будущего и его отражение в национальной идее России. /Ю.В. Сафрошкин. Ульяновск: УлГТУ, 2010. 127 с.
  17. Степин, В.С. Саморазвивающиеся системы и постнеклассическая рациональность [Электронный ресурс] /В.С. Степин. Режим доступа: http://spkurdyumov. narod.ru/Stepin50.
  18. Тойнби, А. Постижение истории. – М. Прогресс, 1996. 608 с.
  19. Фихте, И. Назначение человека. /И. Фихте. //Основные черты современной эпохи. – Минск: Попурри, 1998. 152 с.
  20. Флорида, Р. Креативный класс: люди, которые меняют будущее. /Р. Флорида. – Пер. с англ. – М.: Издательский дом «Классика-XXI», 2005. 421 с.
  21. Хакен, Г. Синергетика. /Г. Хакен. М.: Издательство: Мир, 1980. 408 с.
  22. Шкуратов, В.А. Историческая психология. – М.: Смысл,1998. 505 с.
  23. Ясперс, К. Смысл и назначение истории. – М.: Республика, 1994. 525 с.
  24. Ячин, С.Е. Состояние метакультуры //Философия и культура (Научный журнал Института философии РАН). 2008. – № 7. – С. 126-139.
Надежда Бояновна Бурыкина09.03.2016 4300 Из опыта работы
Всего комментариев: 0
avatar