Генетивные метафоры – это сочетания двух существительных, в котором главное слово употреблено в переносном значение, а зависимое слово употреблено в родительном падеже: сумерки свободы, лес голосов, тучи стрел, колокол братства.

Адъективные метафоры образуют сочетания прилагательного и существительного: небесные слёзы, небесный купол.

Для образования метафоры, следует найти точки соприкосновения двух предметов или явлений в чём-то. Именно поэтому метафору считают скрытым сравнением, в котором отображаются как постоянные, так и временные, преходящие, случайные сходства предметов.

В предложении «Там вывел колкий Шаховской своих комедий шумный рой» значение существительного «рой» приобретает словосочетание «комедий шумный рой». Метафора «комедий шумный рой» является в предложении дополнением.

В предложении «Там, там под сению кулис младые дни мои неслись» значение существительного «молодость» приобретает словосочетание «младые дни». Метафора «младые дни» является подлежащим.

В предложении «Нет: рано чувства в нём остыли; ему наскучил света шум» значение существительного «общество» приобретает метафора «света шум». В предложении метафора является дополнением.

В предложении «И вод весёлое стекло Не отражает лик Дианы» значение «поверхность» приобретает словосочетанием «вод весёлое стекло». Метафора «вод весёлое стекло» является подлежащим, лик Дианы – перифразой, употреблённой вместо существительного «луна».

В предложении «Под ризой бурь, с волнами споря, По вольному распутью моря Когда ж начну я вольный бег?» значение существительного «одежда» приобретает словосочетание «под ризой бурь». Метафора «под ризой бурь» в предложении является дополнением: начну бег (под чем?) под ризой бурь.

В предложении «Он верил, что друзья готовы За честь его приять оковы, И что не дрогнет их рука Разбить сосуд клеветника» значение существительного «довод» приобретает словосочетание «сосуд клеветника». Метафора «сосуд клеветника» является в предложении дополнением.

В предложении «И отворились наконец Перед супругом двери гроба, И новый он приял венец» значение глагола «умереть» приобретает словосочетание «приял венец». Метафора «приял венец» в предложении является сказуемым.

В предложении «О ты, чья память сохранит Мои летучие творенья, Чья благосклонная рука Потреплет лавры старика!» значение глагола «вспомнить» приобретает словосочетание «потреплет лавры». В предложении метафора является сказуемым.

В предложении «Помилуй! и тебе не трудно Там каждый вечер убивать?» значение глагола «проводить» приобретает словосочетание «убивать время». Метафора входит в состав сказуемого «не трудно вечер убивать».

В предложении «Теперь с каким она вниманьем Читает сладостный роман, С каким живым очарованьем Пьет обольстительный обман!» значение глагола «мечтать» приобретает словосочетание «пить обман». Метафора «пить обман» является в предложении сказуемым.

В предложении «Приподнялася грудь, ланиты Мгновенным пламенем покрыты, Дыханье замерло в устах, И в слухе шум, и блеск в очах» значение глагола «покраснеть» приобретает словосочетание «покрыты пламенем». Метафора «покрыты пламенем» является в предложении сказуемым.

В предложении «Друзья и дружба надоели, Затем, что не всегда же мог Beef-stеаks и страсбургский пирог Шампанской обливать бутылкой И сыпать острые слова, Когда болела голова» значение глагола «острить» приобретает словосочетание «сыпать острые слова». Метафора «сыпать острые слова» входит в состав сказуемого «не мог сыпать острые слова».

В предложении «Он охладительное слово В устах старался удержать» значение существительного «нравоучение» приобретает словосочетание «охладительное слово». Метафора «охладительное слово» в предложении является дополнением.

В предложении «Отрядом книг уставил полку, Читал, читал, а всё без толку: Там скука, там обман иль бред; В том совести, в том смысла нет; На всех различные вериги» значение существительного «заблуждение» приобретает словосочетание «различные вериги». Метафора «различные вериги» является в предложении подлежащим.

В предложении «Евгений, Всем сердцем юношу любя, Был должен оказать себя Не мячиком предрассуждений, Не пылким мальчиком, бойцом, Но мужем с честью и с умом» значение существительного «игрушка» приобретает словосочетание «мячик предрассуждений». Метафора «мячиком предрассуждений» в предложении является дополнением.

В предложении «Не потерплю, чтоб развратитель Огнём и вздохов и похвал Младое сердце искушал» значение существительного «комплимент» приобретает словосочетание «огнём и вздохов и похвал». Метафора «огнём и вздохов и похвал» является в предложении дополнением.

В предложении «В своей глуши мудрец пустынный, Ярем он барщины старинной Оброком легким заменил» значение существительного «хомут» приобретает словосочетание «ярем барщины». Метафора «ярем барщины» в предложении является дополнением. Ярмо – деревянный хомут для упряжки рабочего крупного рогатого скота.

В предложении «Морозной пылью серебрится Его бобровый воротник» значение существительного «снежинка» приобретает словосочетание «морозная пыль». В предложении метафора «морозной пылью» является дополнением.

В предложении «Блаженней тот, кто их не знал, Кто охлаждал любовь – разлукой, Вражду – злословием; порой Зевал с друзьями и с женой, Ревнивой не тревожась мукой, И дедов верный капитал Коварной двойке не вверял» значение существительного «карты» приобретает словосочетание «коварная двойка». Метафора «коварной двойке» является в предложении дополнением.

В предложении «Быть может, волею небес, Я перестану быть поэтом, В меня вселится новый бес, И, Фебовы презрев угрозы, Унижусь до смиренной прозы» значение существительного «желание» приобретает словосочетание «новый бес». Метафора «новый бес» в предложении будет подлежащим.